об избываемом горе, записать
Apr. 26th, 2012 03:19 amУвидел у greenmara потрясающую цитату -
«Я рассмотрю две практики использования плача, ориентированные на настоящее, которые были разработаны в еврейских мистических текстах. Первая из них — мистический плач, то есть стремление получить видения и знание тайн ценой посредством специально вызванного плача. Второй тип плача — теургический — должен был вызвать «плач» в горном мире, внутренние процессы в сфере божественного, инициированные человеческими слезами. (…) Необходимо упомянуть основные различия между этими двумя типами плача, ориентированных не на прошлое или будущее, а на настоящее. Последний тип деятельности по своей сути был теургической интерпретацией номически предписанного плача. Эта техника была сосредоточена на процессах в высшем мире, сам каббалист был инструментом, а не целью этой деятельности».
Моше Идель. Каббала: новые перспективы. -
(теперь, конечно, очень хочу эту книжку целиком)
и вспомнил совсем недавнюю сцену и разговор, тоже недавний.
Девочка одиннадцати лет очень настойчиво убеждает маму: ей, девочке, совершенно необходимо в особенный лагерь на три дня. Это лагерь психологических тренингов, туда только что ездила ее младшая сестра, привезла таких впечатлений, что старшая теперь готова считаться ребенком с трудностями в общении, только бы поехать. И вроде не запрещают ей ехать, нет, и даже денег на это изыщут, но дело в том, что младшая поедет тоже. И старшая, уперевшись рогами, объясняет, что ей необходимо, да, необходимо поехать туда одной. Либо чтобы они там были обе равное количество раз, либо чтобы не ехал никто. У нее проблемы не меньше! (что неправда, конечно, она как раз отлично общается) Ей нужно туда не меньше! Не меньше и даже больше, да! Проспорив с мамой полчаса, девочка одиннадцати лет кричит: да у меня совсем нет друзей! - кидается вон из кухни в детскую, падает лицом в подушку и бурно рыдает. Рыдает истово, на то самое настоящее, которое такое неправильное с ног до головы, рыдает именно ради того, чтобы исправить это самое настоящее, этот плач бесконтролен и отлично контролируем одновременно.
Я полностью согласен с Миядзаки: нет на свете большей силы, более прекрасной, удивительной и опасной, чем маленькие девочки.
Где-то я видел определение такому плачу как "слезы тщетности". Ничего подобного. Слезы тщетности - это когда не получилось или когда нагоняет прошлое, это очень взрослый плач. А вот такие бурные рыдания - они для настоящего. Они адресные. Ребенок, может быть, и сам не понимает всей магии своего действа, но догадывается об адресности. ("Я не тебе плачу, а тете Миле!")
И разговор:
До некоторого возраста ребенок не знает разницы (или, если точнее, взаимосвязи) между горем и болью. Боль - это что-то физическое, коленку расшибить. Все, что давит на душу - это горе. Сиюминутное, в настоящем, и его можно заклясть адресным плачем. Потом накапливается эмоциональный опыт, и приходит понятие душевной боли, чего-то, что острее детского горя, и переживание этого чего-то дает большее наслаждение, чем адресный плач. И вот тогда и появляется идея возвышенного страдания, боли-наслаждения, переживания ее и превращения ее в какие-то поступки, которые должны потрясти всех окружающих. В книжке "Рукописный девичий рассказ", где собрана масса историй о любви, очень точно подмечено, что самой распространенной концовкой является благородное самоубийство одного или обоих партнеров. И рыдают там всегда именно слезами тщетности, пост-фактум.
Удивительные превращения все-таки проходит дух, наращивая опыт и память.
This entry was originally posted at http://a-str.dreamwidth.org/488128.html. Please comment there using OpenID.
«Я рассмотрю две практики использования плача, ориентированные на настоящее, которые были разработаны в еврейских мистических текстах. Первая из них — мистический плач, то есть стремление получить видения и знание тайн ценой посредством специально вызванного плача. Второй тип плача — теургический — должен был вызвать «плач» в горном мире, внутренние процессы в сфере божественного, инициированные человеческими слезами. (…) Необходимо упомянуть основные различия между этими двумя типами плача, ориентированных не на прошлое или будущее, а на настоящее. Последний тип деятельности по своей сути был теургической интерпретацией номически предписанного плача. Эта техника была сосредоточена на процессах в высшем мире, сам каббалист был инструментом, а не целью этой деятельности».
Моше Идель. Каббала: новые перспективы. -
(теперь, конечно, очень хочу эту книжку целиком)
и вспомнил совсем недавнюю сцену и разговор, тоже недавний.
Девочка одиннадцати лет очень настойчиво убеждает маму: ей, девочке, совершенно необходимо в особенный лагерь на три дня. Это лагерь психологических тренингов, туда только что ездила ее младшая сестра, привезла таких впечатлений, что старшая теперь готова считаться ребенком с трудностями в общении, только бы поехать. И вроде не запрещают ей ехать, нет, и даже денег на это изыщут, но дело в том, что младшая поедет тоже. И старшая, уперевшись рогами, объясняет, что ей необходимо, да, необходимо поехать туда одной. Либо чтобы они там были обе равное количество раз, либо чтобы не ехал никто. У нее проблемы не меньше! (что неправда, конечно, она как раз отлично общается) Ей нужно туда не меньше! Не меньше и даже больше, да! Проспорив с мамой полчаса, девочка одиннадцати лет кричит: да у меня совсем нет друзей! - кидается вон из кухни в детскую, падает лицом в подушку и бурно рыдает. Рыдает истово, на то самое настоящее, которое такое неправильное с ног до головы, рыдает именно ради того, чтобы исправить это самое настоящее, этот плач бесконтролен и отлично контролируем одновременно.
Я полностью согласен с Миядзаки: нет на свете большей силы, более прекрасной, удивительной и опасной, чем маленькие девочки.
Где-то я видел определение такому плачу как "слезы тщетности". Ничего подобного. Слезы тщетности - это когда не получилось или когда нагоняет прошлое, это очень взрослый плач. А вот такие бурные рыдания - они для настоящего. Они адресные. Ребенок, может быть, и сам не понимает всей магии своего действа, но догадывается об адресности. ("Я не тебе плачу, а тете Миле!")
И разговор:
До некоторого возраста ребенок не знает разницы (или, если точнее, взаимосвязи) между горем и болью. Боль - это что-то физическое, коленку расшибить. Все, что давит на душу - это горе. Сиюминутное, в настоящем, и его можно заклясть адресным плачем. Потом накапливается эмоциональный опыт, и приходит понятие душевной боли, чего-то, что острее детского горя, и переживание этого чего-то дает большее наслаждение, чем адресный плач. И вот тогда и появляется идея возвышенного страдания, боли-наслаждения, переживания ее и превращения ее в какие-то поступки, которые должны потрясти всех окружающих. В книжке "Рукописный девичий рассказ", где собрана масса историй о любви, очень точно подмечено, что самой распространенной концовкой является благородное самоубийство одного или обоих партнеров. И рыдают там всегда именно слезами тщетности, пост-фактум.
Удивительные превращения все-таки проходит дух, наращивая опыт и память.
This entry was originally posted at http://a-str.dreamwidth.org/488128.html. Please comment there using OpenID.
no subject
Date: 2012-04-25 11:33 pm (UTC)no subject
Date: 2012-04-26 06:53 am (UTC)no subject
Date: 2012-04-26 09:41 am (UTC)Книга Иделя очень интересна, но она написана в полемике с книгой Г. Шолема "Основные течения в еврейской мистике". Если не прочесть до Иделя - Шолема, многое в книге Иделя будет непонятно. ;)
no subject
Date: 2012-04-26 09:49 am (UTC)но в данном случае это скорее хорошо, чем плохо.
no subject
Date: 2012-04-26 10:07 am (UTC)no subject
Date: 2012-04-26 10:37 am (UTC)С моей точки зрения это эмоциональный шантаж, причём довольно глупый. В детстве мне никогда не приходило в голову адресно плакать даже мягкотелой бабушке и заклинать горе плачем, потому что у меня была реальная проблема, которую надо решать, и рациональный детский мозг не видел смысла в имитации горя, делёжке территории и прочих развлекухах, он и так был занят. Однако я прекрасно понимала адресно плачущих: если действительно считаешь что-то проблемой, а решения нет (потому что это не проблема на самом деле), какой-то «достойный выход» из положения нужен, и единственный способ сохранить лицо – показать, что вот для тебя это действительно горе, пусть знают. То есть избывания горя как-то не было заметно.
Возвышенное страдание с исходом в самоубийство идёт не от эмоционального опыта: это параллельная, но глубоко отдельная от адресного плача штука. Когда больно постоянно, неважно, по серьёзной причине или из-за ерунды, и некуда от этой боли деться, возникает светлая идея счесть боль удовольствием. Но она всё равно остаётся болью, и понимаешь, что постоянно «болеть», да ещё тащиться от этого – ненормально, сам себе помочь не можешь, ну и устраиваешь показательное выступление, чтобы хоть внимание обратили, что ли. Это у меня было уже по полной программе.
no subject
Date: 2012-04-26 02:15 pm (UTC)но ситуация "некуда от этой боли деться" все-таки, слава всему, далеко не у каждого ребенка.
no subject
Date: 2012-04-28 04:30 pm (UTC)Для ребёнка (особенно маленького, лет до 5-6) любая неработающая ситуация – источник огромной раздражённости, и слёзы тщетности являются основным путём адаптации.
Это определение слез тщетности из теории привязанности, разработанной Гордоном Ньюфелдом. Слезы тщетности выплакиваются, когда ничего нельзя изменить, только смириться.
no subject
Date: 2012-04-28 07:59 pm (UTC)но еще я очень хорошо видел разницу между плачем над непоправимым и плачем, направленным на исправление мира. и я ведь не о пяти-шести годах, там проставлено - 11.
no subject
Date: 2012-04-29 06:21 am (UTC)В пять-шесть лет как раз и появляется идея с наслаждением пострадать или сделать что-нибудь эдакое вместо адресных рыданий. Многие дети планируют уход из дома, например. Я, помнится, старательно страдала на собственное пятилетие (Ах, это же Мой Первый Юбилей, а на улицу одну не выпускают как маленькую). Мальчик мой пятилетний тоже любитель картинно пострадать с фантазией. Очень сложно удержаться от смеха, очень уж забавно у него получается.
Вот сейчас вспоминала, а ведь у него случаются и созидательные порывы в таком состоянии, как интересно. Спасибо, что заставили задуматься.
no subject
Date: 2012-04-30 10:17 am (UTC)Многое объясняющий.
То есть вот почему взрослые вменяемые люди садятся на попу и начинают плакать - там, где, по идее, надо действовать. Теперь складывается, да. Это не отказ действовать, это их способ действовать.
Интересно другое. Если не брать всякие мистические практики высокого уровня, а вот просто в быту - при каких условиях это работает и при каких - нет? Как человек должен плакать, чтобы мир сдвинулся? Я пока что ни разу не видел, чтобы это работало. Но вот после прочтения поста возникло ощущение, что такие условия должны существовать. Просто для равновесия всей системы.
no subject
Date: 2012-04-30 12:07 pm (UTC)с моей точки зрения, двигать мир вне себя (а не внутри себя) именно плачем или смехом можно только при очень большой личной силе либо при умении становиться инструментом для внешней большой силы, - на чем, собственно, теургический плач и основан. а так - вряд ли.
ну вот, разве что, сразу много народу?