Entry tags:
эти несколько дней
Уже и поездили мы по Европе, уже и повидали кое-чего, но Трир так и остался - одним из самых прекрасных городов мира, в нем по-прежнему пахнет морем, стоит ему только намокнуть. Картошка у креста на площади пожирается все с тем же визгом и хохотом, а внезапный фургончик со свежеиспеченными вафлями вообще видится при крыльях и нимбе, потому что нет ничего вкуснее в теплый осенний день, чем горячая вафля с вишней и сливками. Я уж думал, раньше Рождества не получу ничего похожего, такие вафли пекут только в Трире, им уступает даже маленькая семейная пекарня в Брюгге, а уж казалось бы.
***
Ужасно смешно чувствовать себя "дома" в самых разных городах - до Трира поехали из Праги автобусом, билеты брали до Кельна (заодно в собор зайдем), но не сообразили, что наша Желтая Гончая идет через Франкфурт. Проснувшись во Франкфурте в шесть утра, мы переглянулись и хором сказали: а чего это мы в Кельн-то поедем? До него еще четыре часа! Да мы за эти четыре часа будем уже в Трире! Вокзал-то вот он, мы его наизусть знаем, накатались за этот год. Бедная проводница, наверное, решила, что мы не проснулись. "Это не Кельн! Вам до Кельна, вам не сюда!" - "Мы знаем! - завопили мы радостно, - нам отсюда ближе!" Подхватили рюкзаки на колесиках и были таковы.
Зато обратно ехали через Кельн, и вот это было приключение. Потому что международные наши автобусы на нормальный вокзал в Кельне не ходят. Они приезжают на какую-то бомжеватую стоянку под мостом к зоопарку, и всех признаков остановки там только один, и то очень подозрительный - желтый жирный контур огромного автобуса, обведенный по брусчатке. И надпись внутри контура - B U S. Видимо, когда-то на этой стоянке убили международный автобус, и теперь все остальные заезжают туда почтить его память.
***
Услышал свой текст в программе "Поэтический минимум", едва узнал - Дмитрий его так читает, будто он написан кем-то совсем другим, и я хотел бы быть этим другим, очень хотел бы, но не судьба. Удивительное ощущение, удивление и благодарность.
***
Сюда тоже, я хочу это сказать: человек и дело, которым он занят.
Пока оба малы, оба не знают себе цены (то есть их знание о цене не совпадает ни с чьм другим, в большую или меньшую сторону - неважно), пожимают плечами, смущенно улыбаются, предлагая себя другим, говорят - вот, новая фиговина, ничего особенного, не судите строго. И это - любительство во всех его формах.
Потом человек и его дело подрастают (если подрастают) - и уже очень хорошо знают себе цену, и это знание совпадает со знанием тех, кто тоже работает в этой сфере, а сама сфера - очень конкретна, специализирована. И это - профессионализм. Час моего времени стоит столько-то, говорит профессионал, много больше я не хочу, но и меньше не возьму.
Но существует еще третья стадия. Не важно, чем будет заниматься человек в третьей стадии дела, чем бы он ни занялся, это будет магия, превращение живого в еще более живое, того, что есть - в то, что есть на самом деле, ну, что я объясняю, и так все понятно. Чем бы ни занимался такой человек, это будет - служение, и направлено оно будет всегда на одно и то же: на уменьшение количества острой боли. Особенно хорошо это видно в местах отчаянья и спасения - в больницах, храмах и природных заповедниках. И еще - изредка - в библиотеках. И тот, кто отдает служение, отлично знает, что в мире не существует столько денег, чтобы оплатить час его работы, но служение, настоящее, не придуманное, не имеет отношения к людям и деньгам, поэтому денег у того, кто служит, всегда ровно столько, сколько ему действительно необходимо - чтобы о них не очень думать, это отвлекает от работы.
***
Ну и совсем забавное, без видимой связи с предыдущим: доехали до дома, я сегодня же пошел с музыкой по городу, неделю не ходил. Купил бумаги в "Золотой лодке", пошел пешком домой, завернул в табачную лавочку. В общем, "экселлент", даже клубничный, можно мне теперь не возить. Все. Дома есть.
***
Ужасно смешно чувствовать себя "дома" в самых разных городах - до Трира поехали из Праги автобусом, билеты брали до Кельна (заодно в собор зайдем), но не сообразили, что наша Желтая Гончая идет через Франкфурт. Проснувшись во Франкфурте в шесть утра, мы переглянулись и хором сказали: а чего это мы в Кельн-то поедем? До него еще четыре часа! Да мы за эти четыре часа будем уже в Трире! Вокзал-то вот он, мы его наизусть знаем, накатались за этот год. Бедная проводница, наверное, решила, что мы не проснулись. "Это не Кельн! Вам до Кельна, вам не сюда!" - "Мы знаем! - завопили мы радостно, - нам отсюда ближе!" Подхватили рюкзаки на колесиках и были таковы.
Зато обратно ехали через Кельн, и вот это было приключение. Потому что международные наши автобусы на нормальный вокзал в Кельне не ходят. Они приезжают на какую-то бомжеватую стоянку под мостом к зоопарку, и всех признаков остановки там только один, и то очень подозрительный - желтый жирный контур огромного автобуса, обведенный по брусчатке. И надпись внутри контура - B U S. Видимо, когда-то на этой стоянке убили международный автобус, и теперь все остальные заезжают туда почтить его память.
***
Услышал свой текст в программе "Поэтический минимум", едва узнал - Дмитрий его так читает, будто он написан кем-то совсем другим, и я хотел бы быть этим другим, очень хотел бы, но не судьба. Удивительное ощущение, удивление и благодарность.
***
Сюда тоже, я хочу это сказать: человек и дело, которым он занят.
Пока оба малы, оба не знают себе цены (то есть их знание о цене не совпадает ни с чьм другим, в большую или меньшую сторону - неважно), пожимают плечами, смущенно улыбаются, предлагая себя другим, говорят - вот, новая фиговина, ничего особенного, не судите строго. И это - любительство во всех его формах.
Потом человек и его дело подрастают (если подрастают) - и уже очень хорошо знают себе цену, и это знание совпадает со знанием тех, кто тоже работает в этой сфере, а сама сфера - очень конкретна, специализирована. И это - профессионализм. Час моего времени стоит столько-то, говорит профессионал, много больше я не хочу, но и меньше не возьму.
Но существует еще третья стадия. Не важно, чем будет заниматься человек в третьей стадии дела, чем бы он ни занялся, это будет магия, превращение живого в еще более живое, того, что есть - в то, что есть на самом деле, ну, что я объясняю, и так все понятно. Чем бы ни занимался такой человек, это будет - служение, и направлено оно будет всегда на одно и то же: на уменьшение количества острой боли. Особенно хорошо это видно в местах отчаянья и спасения - в больницах, храмах и природных заповедниках. И еще - изредка - в библиотеках. И тот, кто отдает служение, отлично знает, что в мире не существует столько денег, чтобы оплатить час его работы, но служение, настоящее, не придуманное, не имеет отношения к людям и деньгам, поэтому денег у того, кто служит, всегда ровно столько, сколько ему действительно необходимо - чтобы о них не очень думать, это отвлекает от работы.
***
Ну и совсем забавное, без видимой связи с предыдущим: доехали до дома, я сегодня же пошел с музыкой по городу, неделю не ходил. Купил бумаги в "Золотой лодке", пошел пешком домой, завернул в табачную лавочку. В общем, "экселлент", даже клубничный, можно мне теперь не возить. Все. Дома есть.
no subject
no subject
no subject
хочу узнать больше, что вы думаете про служение
no subject
вы никогда не видели за работой священника по призванию?
или - не врача, - а медсестру по призванию?
которые буквально спасают, как только входят, - к тем, кому отчаянно страшно? и больно, и буквально, и вообще.
даже если не видели, наверное, можете это себе представить.
no subject
я могу представить, я хочу убедиться, что представила так, как вы себе представляете
no subject
и я совершенно уверен, что ни я не смогу представить себе что-либо так, как представляете вы, ни вы - как я. да и цели у меня такой нет, не нужно это. вы прочли, взялись думать что-то свое - этого более чем достаточно.
no subject
no subject
no subject
И еще, дико хочу в вашу осень. У нас таких не бывает:-(
no subject
no subject
А то у нас тут осени вообще нет. Поэтому настроение такое странное... Вроде по календарю должна быть осень, по одежде еще лето, а душевного равновесия нет из-за этой путаницы.
no subject
Зачем ты так?
Вот так за душу?
Вот так правдиво и точечно?
И главное, что надежда все равно есть. Всегда.
Спасибо тебе.
no subject
А вообще, потому и хочется жить в Европе, что всё недалеко и автобусная сеть хорошая. Это очень видно на фестивалях, особенно на не самых крупных. Помню в Болгарии, на фестивале в Балчике, разговаривал с теми, кто приехал - и подавляющее большинство именно на автобусах.
no subject
no subject
no subject
no subject
Красивый ответ:)
no subject
а я вот не разобралась, как на сайте программы Воденникова найти твой текст... как?
no subject
скоро еще пойдем :)
no subject
no subject
потому что я по этим вафлям плакал с зимы. их только на Рождество вывозят печь. и только в Трире, во Франкфурте их нет - ну, в это Рождество не было. а в Трир мы поехали на выходные - а там базарчик как раз только с понедельника и начинался. мне не досталось, а я так мечтал!
а тут, в первый же день, как приехали, опа, гулянка на площади и пекут! и погода такая, что на голову вставай.
почти вот так же было - маленькие знаки внимания - когда тигерь без работы остался. вот и вот тебе, все будет хорошо, как тебе еще сказать, что все будет хорошо?
не получается мне по-другому расценивать такие жесты :)
no subject
no subject
и записываю :)
Здравствуйте
Re: Здравствуйте
я, конечно, имею в виду каждый раз ситуацию, когда человек приходит работать, а не забежал полюбопытствовать. (болезнь - чуть ли не самая тяжелая работа на свете.)
поэтому если находится кто-то, кто осторожно и нежно направит его во время этой трансформации - это будет служение. я видел такое даже в просто детских библиотеках, не обязательно в больших.
это с одной стороны. а с другой стороны - есть книги сами по себе. и раньше любая библиотека была скрипторием. и вот это было - служение в полном смысле слова. переписывание, хранение, восстановление утраченных рукописей. дух захватывает, признаться :) я несколько лет переписывал книги от руки, до сих пор вспоминаю это время как одно из лучших в жизни.
no subject
Спасибо :)