в этом мире нет никого, кроме тебя

[a_str]

Это был какой-то мой персональный сбой.
Я действительно был свято уверен, что, если в какой-то момент где-то никого нет, то там нет никого никогда. Не знаю, почему. Может быть, потому, что мои детские убежища все были такого малого размера, что никто из взрослых не мог туда поместиться, а дети - не ходили, не видели этих убежищ. Я достраивал до дома практически что угодно, и после этой достройки оно так и оставалось домом, хотя никто не мог бы этот дом опознать в
кустах крыжовника
заброшенной и обесточенной вышке от старой ЛЭП, она торчала крохотной эйфелевой башней посреди нижнего парка, буквально посреди болот, по центру между четырех лап было кострище, вдоль него лежали большие бревна, это были очаг и самые шикарные на свете диваны. И вот что интересно: кострище делал не я и бревна приносил не я, признаки людей были налицо, и тем не менее - для меня их не существовало. Это был МОЙ очаг и МОИ диваны, они просто возникли, когда мне понадобились, что уж тут непонятного.
круглая бетонная конструкция на свалке на пустыре. Как я понимаю, это была деталь коллектора - окончание трубы с крышкой под люк. Сразу перед домом и еще за школой были залежи поломанных бетонных конструкций, из которых тогда строили все - плиты, трубы, балки. И вот это полое колесо, вставшее случайно на ребро, немедленно превращалось в хоббичью норку - а как же, ведь даже окно в стене есть, даром, что кроме этой стенки больше нет ничего.

Я помню, в какой ступор впал, когда с "моей" полянки сорвали всю землянику - я три дня дожидался, пока несколько ягод дозреют как следует, на четвертый увидел, что их нет. Я не понимал, что случилось. В моей несчастной голове не укладывалось, как так можно - ведь ни для кого больше этой полянки не было. Как только я входил в этот земляничник, человечество переставало существовать.
Когда я в пятом классе отчаянно гулял школу, я поступал очень просто - закидывал портфель на площадку перед лестницей на крышу, узкое пространство, куда, по моему убеждению, никто никогда не заходил - а как же иначе, ведь я ни разу не видел там ни одной души. И однажды, заходя за портфелем, я обнаружил, что его нет. Я потом нашел его в подвале, в общем-то целым, там не на что было зариться, кроме книжки Купера, и ее я потом долго доставал для владельца, через списанные библиотечные экземпляры. Но больше всего меня потрясла даже не пропажа чужой книги, а то, что в этом пустом пространстве появились люди. Как? Как они пробрались, как узнали?
Каждый раз, сталкиваясь с тем, что в ныне пустующее место через час может зайти кто угодно, я переживал ужас Робинзона, увидевшего отпечатки на песке своего острова. Как? Откуда они тут вообще взялись, я столько лет живу здесь совсем один?

Я потом научился сворачивать и уносить с собой пустое пространство, и ничего в нем не оставлять, во всяком случае, ничего из того, что было бы жаль. Как сворачивается и уносится лагерь. И если и осталось что-то от этого "нет никого, кроме меня", то только язык. Я сталкивался с новым понятием - и никогда не спрашивал. А еще чаще - прочитывал неверно и так и воспроизводил. Помнится, только на двадцать пятом году моей жизни Тигра столкнулась с тем, что я когда-то прочел (или услышал) менценат - и так и пользовался этим словом, с "н" посередке. Или вот: что такое зависть. Или - что такое стабильность. До сих пор спотыкаюсь о то, что для меня иначе звучат слова, о то, что значат они очень часто выдуманные только мной понятия.

Comments

[1enchik.livejournal.com]

У меня было такое же недоумение, когда пропал с заветного места под столбом в траве мой кошелечек с накопленными деньгами на целых 5 мороженых! Мне было не в чем его носить и поэтому я его оставляла там, в полной уверенности, что никто его случайно не найдет.

[brigitta-z.livejournal.com]

В детстве попробовала вести дневник, в толстой тетради. Он тут же был прочитан одним из членов семьи и устроен скандал, так как я написала то, что чувствовала, а не то, что требовалось. Мне в голову не приходило, что так может быть, что его прочитают. Помню, надолго разучилась доверять взрослым.

[iscander-che.livejournal.com]

Мои самые яркие воспоминания школьного детства - отдых летом в Новгородской области и отдых весной-летом на пляже в Приморском парке Победы. И то, и другое тех пор сильно изменилось. Не стало, в первую очередь, тех людей, к которым я ездил и с которыми я ездил.
Но парк Победы оставил по себе неизгладимую рану: пляж вначале терял высоту с каждым годом, а теперь от него и вовсе почти ничего не осталось, только пристани яхт-катеров да прибрежные кабаки. И вот в пору, когда кабаков ещё не было, я увидел это запустение и ужаснулся.
После этого мне приснился очень странный сон. Я видел себя со стороны тем пацанёнком с выгоревшими на солнце волосами, бегающего и поднимающего тучи песка ногами. Мне так захотелось стать им, что... на мгновение это случилось. Увы, ничего не изменилось, пляж по-прежнему был пустынным и разорённым.

Мне потребовалось 20 лет с того сна, чтобы понять, что место остаётся таким, какое оно есть - живым, изменяющимся, и нельзя пытаться заморозить его силой своей мысли или воображения. Этим его не защитишь. А вот самого себя защитить можно вполне, просто вспомнив о том месте, и что ты его видел, ты там был, когда оно было совсем, совсем другим. И порадоваться тому, что ты видел. И порадоваться тому, что место - живо, даже если оно преобразовалось до неузнаваемости.

[booky-moussy.livejournal.com]

знакомо, да.
Только у меня были грибы, прирученные, на которые я ходила смотреть, достаточно ли выросли. Вот так утром иду - а их нет, и разворошено все вокруг, и на участок, гад, забирался! Все, больше не нужно, спасибо, ешьте сами.)
И стоянки такие, вот только для меня сейчас - да, есть. И ревность такая, до шипения, когда застаешь там своего двойника-противника, занявшего место раньше. Вот с кем-то не проблема и костер разделить, и хлеб преломить. А кого-то даже видеть не хочется здесь, хотя, казалось бы, место посреди леса.)) И лучше бы ему вовсе не родиться.))
И сворачивать пространство пришлось научиться. И время тоже, вернее, сохранять там, где-то и когда-то, якоря такие ментальные, и при необходимости черпать оттуда, находясь здесь-и-сейчас. Уф.
Взрослые, казалось бы, люди.))

[yamuna.livejournal.com]

ох, спасибо вам, это потрясающе. Сразу один за другим в памяти начали всплывать все "домики", которые я устраивала, длинный список...
И со словами... Со словами вышел конфуз - у нас на филфаке курсе на третьем вдруг решили проверить грамотность, и в процессе проверки выяснилось, что я неправильно ставлю ударения в больше чем половине слов в диктанте. Причем для меня это было шоком и я не верила что не права, и спорила с преподавателем :) Правильное ударение мне резало слух, ведь мое, неправильное - было привычным с детства и часто даже логически обоснованным - как я себе произносила в уме при чтении книг...

Но самое главное "мое место, которое не может никому принадлежать" с детства - любимая книга(как текст, а не пачка бумажных листиков в переплете, конечно). До сих пор при одной мысли о том, что мою любимую книгу читаю и люблю не я одна, а еще тысячи, миллионы человек, я сильно расстраиваюсь и мне становится не по себе. Стараюсь об этом не думать и конечно же, никогда ни с кем не обсуждаю любимые книги. Не понимаю, как может быть иначе - для меня чтение книги чуть ли не самый интимный процесс, какой только может быть в этом мире...

[a-str.livejournal.com]

а ничего, что эту книгу кто-то все-таки написал? :) или писавший не в счет, он не читатель?

[a-str.livejournal.com]

нет, дом с домашними у меня в счет не шел. было абсолютно понятно, что он враждебно-обитаем. и там ничего нельзя упускать из виду.

[yamuna.livejournal.com]

он не просто не в счет, он же автор! который написал прекрасное! ему надо кланяться в ноги и цветы носить)))