Сны мои

[a_str]

Меня превратили в собаку. Нет, я при этом остался собой, но все окружающие - славные и вполне доброжелательные люди - воспринимали меня именно как пса, в паршах, тощего, крайне невоспитанного и одомашниванию не подлежащего. Помню, что было невероятно холодно, потому что нагишом, помню какой-то темноватый сарай, сердобольную тетку, принесшую мне старое одеяло в качестве подстилки - я с наслаждением в него завернулся, хотя оно пахло землей и псиной. Есть я не мог ничего, неважно, что мне там подпихивали, меня била крупная дрожь, явно поднималась температура. Единственным желанием было - забиться в какой-нибудь угол, свернуться поплотнее и попытаться хоть немного согреться.
Потом, немного позже, мне было настолько плохо, что я сделал себя невидимым - даже сердобольная тетка казалась мне назойливой дурой, я морщился, когда она звала меня какой-то кличкой из темноты, шарила в одеяле, недоумевала. В итоге, видимо, решила, что я все-таки куда-то ушел. Когда она вышла, я попытался встать на ноги, даже сделал пару шагов - но потом лег обратно. Болезнь пожирала меня изнутри, в голове и животе было нестерпимо горячо, зато отчаянно мерзли руки и ноги.
Проснулся с ощущением, что это навсегда, с ломотой во всем теле, замерзший и больной. Сон вспомнил не сразу - а когда вспомнил, понял, что засну снова теперь не скоро и не без некой опаски - мои сны часто многосерийны, особенно такие яркие.
Четыре утра. Спать пойду, когда уж совсем начну клевать носсом.