LOTR, попытка рецензии
Nov. 20th, 2002 02:56 amВ связи вот с этим безобразием, поскольку сам я ни сном, ни духом, ну то есть буквально без меня меня издали, воспроизвожу здесь свою крайне субъективную рецензию в том сыром виде, в каком ее, судя по всему, воспроизвели издатели журнала.
Просто на всякий случай.
LOTR, попытка рецензии
Я сдаюсь. Замолчите, заткните хоть на миг свои большие рты, раскройте уши, вы слышите: я сдаюсь. Я, толкинист со стажем, запоем читавший трилогию в уютном свете зеленых ламп научного читального зала питерской Публички – еще в 84 году, когда во всем Питере ВК был только там, да в Академке, да еще у БГ, зачитанный до дыр и под конец кем-то замыленный, вы тогда ни сном, ни духом, по крайней мере, большинство из вас, ныне знатоков и ценителей, ого-го, все до последней буквы. Это я, а не вы, заполучил в 86-м после бесконечного рытья в книжных завалах всевозможных «Букинистов» трилогию целиком плюс «Хоббит», а потом (повезло, повезло, кто-то заказал да не выкупил, о, как повезло!) и «Силмариллион». Это я, сидевший еще с машинкой на бесконечных вписках и пытавшийся издать свой перевод решительно везде, но ведь никто не брался, да вы что, тысяча четыреста страниц, а если у нас выкупят первый том и на этом все остановится? Ну да, там-то миллионными тиражами, а вот как примут у нас, вещь ведь очень большая… Это я, после нескольких спектаклей (о ТЮЗе ни слова) и – Господи, прости! – попыток экранизаций, убогих и незамысловатых, как мычание, ставший законченным скептиком и даже циником. Это я, сменивший цыплячий пух Толкина на крепкие, бронзовые под солнцем крылья Бигля и Дансени, я говорю вам всем: вы как хотите, а я сдаюсь. Этот треклятый фильм раздавил меня, расплющил, смешал с прахом, снова сравнял с землей Срединного Мира, забил легкие его высоким небом, затопил глаза зеленью его деревьев. Я снова там, этот мир прекрасен, домой, домой, бросаю все, стряхиваю с себя, как прошлогоднюю листву, эти двенадцать лет, горстью мертвых семян брошенные в пустоту, я ухожу.
Что вы говорите мне «вот это они упустили, вот это они вообще вырезали, вот это поставили с ног на голову»? Почему я ни разу не услышал «ох, как ловко была всунута фраза о создании орков – ведь она вообще из другой книги»? Почему не прозвучало «как это они умудрились наглядно, именно наглядно продемонстрировать, что Эльронд, Леголас и Галадриэль – принадлежат к разным народам, и что только чертова кукла Дрель - из высших эльфов, единственное желание которых – вернуться, вернуться любой ценой, даже ценой отказа от всех легких побед над злом в этом детском, совсем еще детском мире, и вон какие эльфы у Галадриэли: сытые, гладкие, намытые, что им Изначальное Зло под одним боком и Мордор – под другим»? Почему?
И какое мне дело до того, что Глорфиндэля заменили Арвен, Тома Бомбадила и Полые Холмы убрали вовсе, а повторную встречу с троллями дали только пейзажем (но ведь еще и рассказом Бильбо на дне рождения)? За одну только фразу Арвен: «Я передаю тебе всю дарованную мне благодать», - я готов простить все, что угодно, ибо это – высший пилотаж, выудить из текста больше, чем в нем есть и показать, показать тем, кто в состоянии увидеть.
Я сдаюсь. Я начинал смотреть этот фильм со скептической улыбочкой, с кислой мордой, с бесконечным, надоевшим и тем менее неизбывным, как потерявшая вкус жевательная резинка: да что они могут в этом своем Голливуде, что они вообще смыслят в таких вещах, как эпос? Будет фигня, помяните мое слово, фигня и разочарование, да ну, скучно даже… Мне удавалось сохранить эту улыбочку примерно полчаса – до первого серьезного выступления назгулов, когда их летящий под Carmina Burana источающий тьму строй пронесся по всему экрану, мдленно, с наездом, с визгом, с брызгами чего-то черного и жирного с чепраков злых коней, - и я, примерзнувший к креслу, ошарашенный, поминающий одновременно Хоува и Ли (как оказалось, не всуе), понял, что трясусь, как этот несчастный трактирщик, что я теперь буду смотреть, не отрываясь, словно Пиппин в палантир, пока меня не отпустят с глуховатым и многообещающим смехом, и скоро, очень скоро за мной прилетит на черной птице назгул, и я помчусь, не помня себя и смеясь, американским летчиком на Хиросиму, только в ушах будет стоять не «полет валькирий», а все та же безумная кантата, хотя один черт, оба немцы.
Я сдаюсь. Я признаю, что зто хорошо. Это настолько хорошо, насколько возможно было это сделать здесь и сейчас. Я начал с наплечной бледной копии, долго засовывал жабу как можно дальше в темный карман – и все-таки оказался в кинотеатре с подобающим звуком и экраном. И пойду еще. И, возможно, еще. А в один прекрасный день возьму и уйду за Реку…
Просто на всякий случай.
LOTR, попытка рецензии
Я сдаюсь. Замолчите, заткните хоть на миг свои большие рты, раскройте уши, вы слышите: я сдаюсь. Я, толкинист со стажем, запоем читавший трилогию в уютном свете зеленых ламп научного читального зала питерской Публички – еще в 84 году, когда во всем Питере ВК был только там, да в Академке, да еще у БГ, зачитанный до дыр и под конец кем-то замыленный, вы тогда ни сном, ни духом, по крайней мере, большинство из вас, ныне знатоков и ценителей, ого-го, все до последней буквы. Это я, а не вы, заполучил в 86-м после бесконечного рытья в книжных завалах всевозможных «Букинистов» трилогию целиком плюс «Хоббит», а потом (повезло, повезло, кто-то заказал да не выкупил, о, как повезло!) и «Силмариллион». Это я, сидевший еще с машинкой на бесконечных вписках и пытавшийся издать свой перевод решительно везде, но ведь никто не брался, да вы что, тысяча четыреста страниц, а если у нас выкупят первый том и на этом все остановится? Ну да, там-то миллионными тиражами, а вот как примут у нас, вещь ведь очень большая… Это я, после нескольких спектаклей (о ТЮЗе ни слова) и – Господи, прости! – попыток экранизаций, убогих и незамысловатых, как мычание, ставший законченным скептиком и даже циником. Это я, сменивший цыплячий пух Толкина на крепкие, бронзовые под солнцем крылья Бигля и Дансени, я говорю вам всем: вы как хотите, а я сдаюсь. Этот треклятый фильм раздавил меня, расплющил, смешал с прахом, снова сравнял с землей Срединного Мира, забил легкие его высоким небом, затопил глаза зеленью его деревьев. Я снова там, этот мир прекрасен, домой, домой, бросаю все, стряхиваю с себя, как прошлогоднюю листву, эти двенадцать лет, горстью мертвых семян брошенные в пустоту, я ухожу.
Что вы говорите мне «вот это они упустили, вот это они вообще вырезали, вот это поставили с ног на голову»? Почему я ни разу не услышал «ох, как ловко была всунута фраза о создании орков – ведь она вообще из другой книги»? Почему не прозвучало «как это они умудрились наглядно, именно наглядно продемонстрировать, что Эльронд, Леголас и Галадриэль – принадлежат к разным народам, и что только чертова кукла Дрель - из высших эльфов, единственное желание которых – вернуться, вернуться любой ценой, даже ценой отказа от всех легких побед над злом в этом детском, совсем еще детском мире, и вон какие эльфы у Галадриэли: сытые, гладкие, намытые, что им Изначальное Зло под одним боком и Мордор – под другим»? Почему?
И какое мне дело до того, что Глорфиндэля заменили Арвен, Тома Бомбадила и Полые Холмы убрали вовсе, а повторную встречу с троллями дали только пейзажем (но ведь еще и рассказом Бильбо на дне рождения)? За одну только фразу Арвен: «Я передаю тебе всю дарованную мне благодать», - я готов простить все, что угодно, ибо это – высший пилотаж, выудить из текста больше, чем в нем есть и показать, показать тем, кто в состоянии увидеть.
Я сдаюсь. Я начинал смотреть этот фильм со скептической улыбочкой, с кислой мордой, с бесконечным, надоевшим и тем менее неизбывным, как потерявшая вкус жевательная резинка: да что они могут в этом своем Голливуде, что они вообще смыслят в таких вещах, как эпос? Будет фигня, помяните мое слово, фигня и разочарование, да ну, скучно даже… Мне удавалось сохранить эту улыбочку примерно полчаса – до первого серьезного выступления назгулов, когда их летящий под Carmina Burana источающий тьму строй пронесся по всему экрану, мдленно, с наездом, с визгом, с брызгами чего-то черного и жирного с чепраков злых коней, - и я, примерзнувший к креслу, ошарашенный, поминающий одновременно Хоува и Ли (как оказалось, не всуе), понял, что трясусь, как этот несчастный трактирщик, что я теперь буду смотреть, не отрываясь, словно Пиппин в палантир, пока меня не отпустят с глуховатым и многообещающим смехом, и скоро, очень скоро за мной прилетит на черной птице назгул, и я помчусь, не помня себя и смеясь, американским летчиком на Хиросиму, только в ушах будет стоять не «полет валькирий», а все та же безумная кантата, хотя один черт, оба немцы.
Я сдаюсь. Я признаю, что зто хорошо. Это настолько хорошо, насколько возможно было это сделать здесь и сейчас. Я начал с наплечной бледной копии, долго засовывал жабу как можно дальше в темный карман – и все-таки оказался в кинотеатре с подобающим звуком и экраном. И пойду еще. И, возможно, еще. А в один прекрасный день возьму и уйду за Реку…
Ето ми, кошки...
Date: 2002-11-20 12:57 pm (UTC)Вы меня ошарашили. Честно.
Дело в том, что в процессе подготовки первого номера состав редакции менялся настолько кардинально, что нынешний главный редактор не в курсе путей, которыми в первый номер пришла половина материалов. Ваш материал был передан нам Еленой Исаевой, прежним главным редактором "Средиземья". Мы понятия не имели, что она взяла данный текст без Вашего согласия. Приносим свои глубочайшие извинения. Ваше письмо получили и отправили ответ.
Re: Ето ми, кошки...
Date: 2002-11-20 07:06 pm (UTC)У каждого текста где-нибудь да имеется автор. Стрейнджеров в сети - как собак нерезаных :), это не авторство. Меня бы как раз ошарашил тот факт, что из ниоткуда вынут текст без подписи - и предлагается в качестве материала.
Ответ и я вам отправил.
Re: Ето ми, кошки...
Date: 2002-11-20 09:59 pm (UTC)