во дворе

[a_str]

На большом зеленом поле, которым заканчивается наша площадь и с которого начинаются Летенские сады, стоит цирк-шапито. Огромный двуглавый шатер, еще несколько шатров поменьше, с маленькой каруселью, с закусочной. А вокруг, по периметру, вдоль составленной из передвижных решеток загородки (такими решетками на дороге обозначают открытый люк, кусок заборчика на ножках) - вагончики, вагоны и вагонищи. От одного, особенно большого, длинного, как поезд, с рядом крохотных слуховых оконцев под крышей, откинут внутрь круга пандус, вокруг пандуса - внутренняя загородка, в ней пасутся зебры. Настоящие цирковые зебры, а еще - пара маленьких антилоп.
Вагончики стоят кругом, с окнами и без, цветастые и глухие, все - на крепких стальных рамах, на двойных и тройных колесах, они приехали издалека и свернулись тут улиткой, встали лагерем пришельцев, а потом соберут шатры, развернут кольцо и снова уедут, еще дальше, и кто-то увидит это на дороге - длинный, пестрый караван передвижного цирка, с зебрами, антилопами, тюленями и карусельными лошадками.
И почему-то накрывает рядом с этими шатрами тайной и восторгом, и хочется бросить все и уехать с передвижным цирком, сидеть вечерами на пороге одного из фургонов, слушать, как фыркают зебры неподалеку, и не видеть впереди ничего, кроме дороги и белого купола, белого купола и дороги.
И я понимаю, что на самом-то деле хочется этого не мне, а просто купол и круг фургонов впитали желание в колеса и стены, в тросы и костыли, вбитые в землю, в каждую доску помостов, в каждую лампочку горящей вечерами вывески. Столько детей желали этого страстно и горько, еще с тех времен, когда тросы были пеньковыми, купол - парусиновым, а колеса - деревянными, что это желание передвигается теперь вместе с цирком, двигает его вперед по дорогам, гонит из города в город, вьется за ним хвостом воздушного змея.
Столько детей так никуда и не убежало.
Кроме, может быть, избранных, нескольких, удравших с самого начала, потому что с самого начала они не видели впереди ничего, кроме белого купола и дороги, парусов и горизонта, молочных вспышек в черном небе и холодных солнц Ориона.

Весь вечер смотрю билеты. И отели на Лидо. Острова в ноябре пустеют, насколько это вообще возможно, а мне до них всего ночь дороги, через три страны, к самому краю лагуны с зеленой стеклянной водой.

This entry was originally posted at http://a-str.dreamwidth.org/507436.html. Please comment there using OpenID.

Comments

[gmaj.livejournal.com]

а тут еще и осень, время отлета, тоже свой флер, как без него.

[a-str.livejournal.com]

да-да, в журавлином клине :))

[chingizid.livejournal.com]

боже, боже. про цирк-шапито мне даже жаль, что это не мой текст. потому что он мой! (в наилучшем смысле этого слова). в смысле, квинтэссенция какой-то части правды, которую я все время рассказываю.

[a-str.livejournal.com]

так это бьет во все тело, когда видишь издали, подходишь ближе, а потом вдыхаешь как следует :)
К тому же всему прочему, он еще и называется "Принц". хитрые они :)

[chingizid.livejournal.com]

вот это, по-мо, одна из самых драгоценных штук здесь - уровень восприятия, когда "бьет во все тело". и просто знаешь, как оно есть, и как устроено. потому что уровень уже немножко нездешний. как домой позвонить :)

[a-str.livejournal.com]

только его и прокачивать, ага.
все остальное смысла без этого не имеет, особенно так называемое "делать дела".

[pechkin.livejournal.com]

То, что я сказал сыну вчера в машине, когда мы ехали с фестиваля рыцарей-реконструкторов. "Главное в жизни - это как можно лучше заниматься ерундой. От всех моих работ не осталось нигде ничего, даже в интернете. Все, что от меня останется, и все, за что меня уважают где-то в мире - это то, что я делал, занимаясь ерундой."

Все остальное - противоречие между тем, что я понимаю, и тем, как я живу - я оставлю своей личной трагедией.