порою нестерпимо хочется
Oct. 30th, 2004 03:11 pmчтобы книги, которые мои, не читал никто, кроме меня и тех, кому я их сам подсуну.
чтобы картины, которые мои, не видел никто, кроме моих же.
чтобы эту музыку слышал только я - и те, с кем я захочу ее разделить.
но картины висят в музеях, книги выходят гигантскими тиражами, а музыка звучит повсюду. и всяк глумится над ними, как хочет.
и есть еще города, полные людей, и море, в которое не плюет только ленивый, и небо, изнасилованное поэтами.
молчать или говорить о пустяках - казалось бы, это выход.
казалось бы.
чтобы картины, которые мои, не видел никто, кроме моих же.
чтобы эту музыку слышал только я - и те, с кем я захочу ее разделить.
но картины висят в музеях, книги выходят гигантскими тиражами, а музыка звучит повсюду. и всяк глумится над ними, как хочет.
и есть еще города, полные людей, и море, в которое не плюет только ленивый, и небо, изнасилованное поэтами.
молчать или говорить о пустяках - казалось бы, это выход.
казалось бы.
no subject
Date: 2004-10-30 10:41 am (UTC)no subject
Date: 2004-10-30 12:06 pm (UTC)На самом деле, не все так страшно: я, например, на третьем курсе Университета осознал, что Пушкин - тоже человек, причем живой и интересный в общении. И именно поэтому, потому что есть и будет "Мой Пушкин", не все так плохо - и отодвинув рукой пыль пустословия и огрызки чьих-то оскомин всегда можно найти те самые черты и черточки.
Главное - чтоб наши глаза не устали и желали их находить. А это уже зависит только от нас самих.