![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a_strчто-то у меня нынче сердце не на месте, что-то колотится оно где-то в другой груди слишком сильно, что-то мне хочется прекрасного до застревания вдоха.
давайте, словом, играть.
на небесах только и разговоров, что о море. это уж давно известно.
всю свою жизнь мы копим обиды, вот погоди, Господи, доберусь я до тебя, выскажу я тебе все, что сумею. а на самом деле разговор пойдет совсем о другом, в том числе и о море, наверное, у кого как.
вот я и спрашиваю - у кого как?
видел ли уже то немыслимое, невозможное, заслоняющее все на свете, от чего сердце пропускает удар, губы сохнут, а глаза слезятся?
мне рассказали о холме бабочек, белом под их крыльями, о внезапной живой вьюге из-под ног, о тихом шорохе, с которым мириады их летят мимо лица, со звуком, больше похожим на прикосновение света.
я слушал и думал о зеленой воде в прилив полнолунья. как она тихонько поднимается к окнам и захлестывает лестницы, просится в город, просится в дома, облизывает камень длинным зеленым языком, дышит, дышит снизу, хватает за ноги.
я помню рассказ Чингизида о надписи на стенке - кто-то кого-то любит, смешные трогательные дети, помню свое узнавание в том, как ни с того ни с сего такая надпись поднимает ком в горле.
расскажите мне.
о простых и понятных вещах. не о том, как бухта на Черном море похожа на Белую Гавань, ах, моя эльфийская ностальгия, вот этого не надо говорить, этого не скажешь Богу, когда придешь плюнуть ему в лицо за то, что сделал он тебя таким нелепым уродом. я хочу еще услышать о бабочках на холме и надписях про Паоло и как ее там... ну. словом, какую-то девочку.
а то сердце мое далеко и что-то колотится слишком сильно.
давайте, словом, играть.
на небесах только и разговоров, что о море. это уж давно известно.
всю свою жизнь мы копим обиды, вот погоди, Господи, доберусь я до тебя, выскажу я тебе все, что сумею. а на самом деле разговор пойдет совсем о другом, в том числе и о море, наверное, у кого как.
вот я и спрашиваю - у кого как?
видел ли уже то немыслимое, невозможное, заслоняющее все на свете, от чего сердце пропускает удар, губы сохнут, а глаза слезятся?
мне рассказали о холме бабочек, белом под их крыльями, о внезапной живой вьюге из-под ног, о тихом шорохе, с которым мириады их летят мимо лица, со звуком, больше похожим на прикосновение света.
я слушал и думал о зеленой воде в прилив полнолунья. как она тихонько поднимается к окнам и захлестывает лестницы, просится в город, просится в дома, облизывает камень длинным зеленым языком, дышит, дышит снизу, хватает за ноги.
я помню рассказ Чингизида о надписи на стенке - кто-то кого-то любит, смешные трогательные дети, помню свое узнавание в том, как ни с того ни с сего такая надпись поднимает ком в горле.
расскажите мне.
о простых и понятных вещах. не о том, как бухта на Черном море похожа на Белую Гавань, ах, моя эльфийская ностальгия, вот этого не надо говорить, этого не скажешь Богу, когда придешь плюнуть ему в лицо за то, что сделал он тебя таким нелепым уродом. я хочу еще услышать о бабочках на холме и надписях про Паоло и как ее там... ну. словом, какую-то девочку.
а то сердце мое далеко и что-то колотится слишком сильно.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2006-04-15 09:28 pm (UTC)Вот разве что ночные Черновцы.
Тихий город, извилистые мощеные улицы; дома-корабли, дома-замки; абсолютная, невменяемая красота - за каждым углом, за каждым поворотом; и при этом - совершеннейшая разруха. Сонная тишина - ни криков, ни разговоров; ветер только - и мы идем вниз по улице, и дома вот эти - и от них нет ощущения человеческого жилья, как будто все, что было днем - одна сторона города, а сейчас вообще непонятно что, и мы единственные, кто в этом городе дышит, но от этого не страшно, а весело и здорово, и ужасно болят ноги - потому что неудачная обувь бывает даже в сказках.