Сил нет

Милые мои, дорогие, шумные, бестолковые подданные!
Хватит уже. Хватит, говорю я вам, перекрывая вой морской сирены. Довольно. Довольно с живых, довольно с мертвых. У вас зя пять дней не мыта посуда, у вас кричат голодные дети, у вас неполиты розы и немолот кофе. Влюбленные бестолково топчутся на месте и думают, ловко им уже убегать в кусты целоваться или еще нет, выстрелят ли им в спину злою фразой, заморозят вниз по позвоночному столбу от затылка, какие уж там поцелуи.
Как будто прорвало в пространстве огромную черную дыру и посыпались туда все краски и звуки, а взамен им только тишина и тьма. Не все. Не только. И если вам никак самим не решиться, вот вам мое высочайшее повеление - немедленно начать видеть мир таким, какой он есть, а не только с изнанки. Я не могу работать, я не могу спать, я не могу пошевелить даже пальцем, пока все дырки в ваших головах (кроме ртов, они-то не закрываются ни на миг) закрыты так прочно, словно вы долго залепляли их воском.
Все, кому неймется и дальше, могут вступать в Добровольный оркестр хемулей.
Остальные извольте заняться делом. Да, мир рухнул - в очередной раз. Но это не повод держать влюбленных в замешательстве и не показывать детям мультфильмы.
Те же, кто действительно потерял, погиб, не вернулся, не...
Словом, вы все, кто теперь знает больше. Вам, тихо и внятно, вам одним говорю: пощадите. Тех, кто остался. Они не виноваты в том, что остались. Что они все по одну сторону, а вы теперь - по другую, и каждый один, и вокруг холод. Они не виноваты в этом, говорю я вам, не вынуждайте их быть вульгарнее, чем они есть, это пятнает душу.
И более - ни слова об этом.

Сил нет

Милые мои, дорогие, шумные, бестолковые подданные!
Хватит уже. Хватит, говорю я вам, перекрывая вой морской сирены. Довольно. Довольно с живых, довольно с мертвых. У вас зя пять дней не мыта посуда, у вас кричат голодные дети, у вас неполиты розы и немолот кофе. Влюбленные бестолково топчутся на месте и думают, ловко им уже убегать в кусты целоваться или еще нет, выстрелят ли им в спину злою фразой, заморозят вниз по позвоночному столбу от затылка, какие уж там поцелуи.
Как будто прорвало в пространстве огромную черную дыру и посыпались туда все краски и звуки, а взамен им только тишина и тьма. Не все. Не только. И если вам никак самим не решиться, вот вам мое высочайшее повеление - немедленно начать видеть мир таким, какой он есть, а не только с изнанки. Я не могу работать, я не могу спать, я не могу пошевелить даже пальцем, пока все дырки в ваших головах (кроме ртов, они-то не закрываются ни на миг) закрыты так прочно, словно вы долго залепляли их воском.
Все, кому неймется и дальше, могут вступать в Добровольный оркестр хемулей.
Остальные извольте заняться делом. Да, мир рухнул - в очередной раз. Но это не повод держать влюбленных в замешательстве и не показывать детям мультфильмы.
Те же, кто действительно потерял, погиб, не вернулся, не...
Словом, вы все, кто теперь знает больше. Вам, тихо и внятно, вам одним говорю: пощадите. Тех, кто остался. Они не виноваты в том, что остались. Что они все по одну сторону, а вы теперь - по другую, и каждый один, и вокруг холод. Они не виноваты в этом, говорю я вам, не вынуждайте их быть вульгарнее, чем они есть, это пятнает душу.
И более - ни слова об этом.