Сюзанна Кларк, "Дж Стрэндж и мистер Н"
Aug. 31st, 2007 03:13 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a_strПод катом моя статья в "Книжное Обозрение" о романе Кларк "Джонатан Стрэндж и мистер Норрел".
Я постарался расставить как можно больше приманок для тех, кто еще не читал этой книги, потому что ее непременно надо читать. Так что статья хвалебная, что было не сложно, поскольку мне очень нравится эта книжка.
В литературе средневековой Европы, не такой уж разнообразной, имелся особый жанр, exempla - короткие рассказы о случаях, "примерах" из жизни. Их рассказывали священники во время проповедей - в качестве иллюстрации и наставления. Сюжеты "примеров" всегда были связаны с вмешательством сакральных сил в повседневную жизнь людей, их действие происходило на стыке двух миров, естественного и сверхъестественного, когда один проникает в другой, причем на бытовом, повседневном уровне. Для них была характерна непременная "фактическая" основа - имена героев и свидетелей, бытовые обстоятельства, географические и хронологические детали, - что должно было придавать достоверность всему рассказу.
Одна из историй, подобных exempla, появляется в книге Сюзанны Кларк на первых же страницах, в качестве пояснения: "В 1279 в городе Олстоне произошло страшное убийство. На дереве перед церковью нашли повешенного мальчика. Над церковной дверью стояла статуя Мадонны с Младенцем. Олстонцы отправили гонцов в Ньюкасл, в замок Короля ворона, и Король ворон прислал двух волшебников, дабы те оживили статую. Мадонна и Младенец заговорили и сказали, что мальчика убил чужак, который им незнаком. С тех пор всякий раз, как в Олстон приходил кто то чужой, горожане тащили его к церкви и спрашивали: "Это он?", но всякий раз Мадонна и Младенец отвечали: "Нет"... Прошли годы. Все горожане, знавшие мальчика, умерли, да и убийца, надо полагать, тоже. Однако у Мадонны и Младенца осталась привычка говорить; всякий раз, как какой нибудь бедолага чужак проходил на расстоянии видимости от церкви, они поворачивали каменные головы и говорили: "Это не он". В итоге Олстон приобрел недобрую репутацию, и люди из соседних городов предпочитали туда не ездить".
Эта маленькая "история внутри истории", как exempla внутри проповеди, внятно указывает на основной расклад сил в книге, да и на жанр, если угодно. Как только ни пытались определить жанр романа "Джонатан Стрендж и мистер Норрелл" - и фантастика, и "викторианская фэнтези", и даже "роман "Мастер и Маргарита", если бы его написал Диккенс". Но по своей изначальной сути это - "пример", с его наивной достоверностью и бытовым взаимопроникновением миров, но и со всеми отступлениями, изящно указанными на первых же страницах книги: действие занимает значительное время ("прошли годы"), а для того, чтобы возник стык двух миров, необходим волшебник. Мораль же совершенно не ясна, да и неизвестно, нужна ли.
Сюзана Кларк родилась в 1959 году в Ноттингеме (Великобритания) в семье священника методистской церкви. Ее детские годы прошли в странствиях по северу Англии и Шотландии. Стоит ли удивляться тому, что практически все действие романа происходит зимой, а один из персонажей, попав в Шотландию, уверен, что оказался в стране эльфов, хотя ему кажется, что "пейзаж создан нарочно, чтобы наводить тоску".
После учебы и восьми лет работы в издательском деле Кларк несколько лет живет и работает в Италии и Испании, а затем, в 1992 году, возвращается в Англию и в течение последующих десяти лет редактирует кулинарные книги - и пишет свою большую книгу рецептов магии. В 1993 она посещает занятия авторского мастерства Колина Гринленда и Джоффа Римана. Выбор пал именно на Гринленда, потому что он лично знаком с одним из любимых писателей Кларк, Нилом Гейманом. Один из рассказов Кларк ("The Ladies of Grace Adieu") Гринленд посылает ее кумиру Гейману. В итоге рассказ появляется в антологии "Звездный свет" (1996 год).
За последующие восемь лет Сюзанна Кларк опубликовала всего несколько рассказов. Но в 2004 году в издательстве Bloomsbury выходит ее первый роман, книга гигантского объема, почти 900 страниц - и производит невероятный эффект. Он тотчас же удостаивается двух престижных премий - Hugo и Locus, - а также нескольких наград рангом ниже. Нил Гейман называет книгу "лучшим английским фантастическим романом за последние семьдесят лет".
В чем же секрет?
Роман написан как стилизация прозы XIX века, вплоть до орфографии, но эта стилизация столь же лукава, как и все "подлинные" ссылки на "подлинные" книги и события, описанные в пространных комментариях. Пафос и чопорность викторианского романа заменена мягким юмором, а необходимое нравоучение читатель может извлекать самостоятельно, какое пожелает. Один из лучших диалогов романа прекрасно это иллюстрирует: "- Может ли волшебник убить человека с помощью магии? - спросил лорд Веллингтон у Стренджа. Стрендж нахмурился. Казалось, вопрос ему не понравился. - Полагаю, волшебник может, - допустил он, - но джентльмен не станет".
Повествование разворачивается крайне неспешно; предсказание, исполнить которое и предназначено двум волшебникам, появляется только в тринадцатой главе, а второй заглавный герой книги - в четырнадцатой. Сюжет книги охватывает десять лет эпохи Регентства, с 1806-го по 1817-й, за которые Европа успевает пережить Наполеоновские войны, не раз описанные в истории, а Англия - возвращение Короля-Ворона и Славное Возрождение Английской Магии, события, несомненно имевшие место, но почему-то ни разу не упомянутые историками. А осуществляется все это с помощью всего лишь двух волшебников и одной книги - и война, и Возрождение. Согласитесь, им пришлось потрудиться.
"Мне казалось, что магия становится реальной, если показать ее слегка прозаичной, слегка тяжелой и разочаровывающей - далеко не столь привлекательной, как воображают другие персонажи. Как говорит один из героев "Стрендже и Норрелле": "Магия! Не говорите мне о магии! Она, точно так же, как и все остальное, полна неудач и разочарований". Это очень значимое заявление", - говорит сама писательница в одном из интервью.
"Джонатан Стрендж и мистер Норрелл" - это роман о повседневном труде волшебника, о рутине этой профессии, о пыльных книгах, неудачах и постоянной нехватке материала, многое приходится придумывать на ходу, перемешивая заклинания, как ингридиенты некоего блюда: что будет, если тушить не час, а два, а вместо кориандра добавить мускат? "Веллингтон не любил выслушивать объяснения, почему то или это невозможно. Он постоянно требовал невозможного от саперов, генералов и офицеров, поэтому не видел оснований делать исключение для волшебника. "Придумайте что нибудь!" - говорил обычно его светлость, когда Стрендж начинал объяснять, что такое то заклинание не применялось с 1302 года, а другое полностью утрачено, если вообще существовало... Стренджу приходилось изобретать заклинания самому, исходя из общих принципов или опираясь на полузабытые истории из старинных книг." И все же для настоящего волшебства в этих рецептах чего-то не хватает.
"- Со мной говорило небо! Все обращалось ко мне!.. Небо говорило со мной! - повторил Чилдермас… Он хотел сказать, что если виденное им реально, то вся магия Стренджа и Норрелла - детская забава. Истинная магия куда серьезнее, опаснее и неожиданнее, чем они думают. Стрендж и Норрелл играют в дартс, кидая в мишень легкие дротики с бумажным опереньем, истинная же магия парит на мощных крыльях в бескрайнем небе".
И когда выясняется, что необходимый ингридиент не что-нибудь, а безумие и контроль над ним, - волшебники, не раздумывая, один за другим добавляют его в свою кухню, потому что только так, пройдя инициацию, подмастерье становится мастером. И тогда через них говорит небо, "весь мир постоянно колдует", а магия парит на мощных крыльях, крыльях черного ворона, герба и символа Джона Аскгласса, Безымянного Раба, Короля-Ворона.
Король-Ворон - самый загадочный и, несомненно, самый впечатляющий персонаж книги. Лучшая мистификация из всех, настолько подкрепленная легендами, народными преданиями и документальными свидетельствами, что просто не может вызывать сомнения. Это человеческий ребенок, воспитанный эльфами и перенявший их магию. В начале XII века он с армией эльфов захватил север Англии и правил там в течение трехсот лет, положив начало английской магии и волшебству. Жители этих земель и в XIX веке считают себя его подданными, видят в черном вороне на белом фоне добрый знак и уповают на возвращение короля.
Такова легенда, она "общеизвестна". И все же, у Короля-Ворона, который сам себя называет "безымянный раб", есть по крайней мере один литературный прототип. В рассказе "Холодное Железо" Киплинга Пак с Меловых холмов рассказывает о мальчике, которого взяли на воспитание эльфы из Полых холмов. Мальчик, уходя к людям, берет судьбу, которую ему выковал Тор - ошейник раба. Он будет всю свою жизнь служить людям. После нахождения жребия Тора судьба его совершенно неизвестна, но понятно, что все события произошли довольно давно. Изящество этого хода заключается еще и в том, что рассказ Киплинга написан почти через сто лет после предполагаемых событий романа. Таких построений и отсылок в книге множество: Джонатан Стрендж изображен на одном из "капричос" Гойи, лорд Байрон расспрашивает его о вампирах, а некоторые реки и города Испании обязаны своим географическим положением волшебнику, который передвигал их для удобства войск, да так и не вернул на место, и так далее.
И несколько слов о переводе (М.Клеветенко и А.Коноплев). Его можно назвать "добротным", тщательно выверены все топонимы, имена и события. К сожалению, почти ничего не осталось от стиля и духа Джейн Остин, которыми букально, вплоть до орфографии, пронизан весь роман - Сюзанна Кларк большая поклонница этой писательницы. Многое опущено, иногда целые предложения; сильно смягчена чопорность и вежливая язвительность, особенно в диалогах. И в то же время многое передано хорошо и верно, книга читается легко, в один присест.
В настоящее время Сюзанна Кларк живет в Кембридже и работет над новой книгой, события в которой разворачиваются в том же самом мире, через несколько лет после завершения истории Джонатана Стренджа и мистера Норрелла. Писательница обещает уделить больше внимания Джону Аскглассу, Королю-Ворону, и тому, как в Англии развивается возвращенная магия.
Я постарался расставить как можно больше приманок для тех, кто еще не читал этой книги, потому что ее непременно надо читать. Так что статья хвалебная, что было не сложно, поскольку мне очень нравится эта книжка.
В литературе средневековой Европы, не такой уж разнообразной, имелся особый жанр, exempla - короткие рассказы о случаях, "примерах" из жизни. Их рассказывали священники во время проповедей - в качестве иллюстрации и наставления. Сюжеты "примеров" всегда были связаны с вмешательством сакральных сил в повседневную жизнь людей, их действие происходило на стыке двух миров, естественного и сверхъестественного, когда один проникает в другой, причем на бытовом, повседневном уровне. Для них была характерна непременная "фактическая" основа - имена героев и свидетелей, бытовые обстоятельства, географические и хронологические детали, - что должно было придавать достоверность всему рассказу.
Одна из историй, подобных exempla, появляется в книге Сюзанны Кларк на первых же страницах, в качестве пояснения: "В 1279 в городе Олстоне произошло страшное убийство. На дереве перед церковью нашли повешенного мальчика. Над церковной дверью стояла статуя Мадонны с Младенцем. Олстонцы отправили гонцов в Ньюкасл, в замок Короля ворона, и Король ворон прислал двух волшебников, дабы те оживили статую. Мадонна и Младенец заговорили и сказали, что мальчика убил чужак, который им незнаком. С тех пор всякий раз, как в Олстон приходил кто то чужой, горожане тащили его к церкви и спрашивали: "Это он?", но всякий раз Мадонна и Младенец отвечали: "Нет"... Прошли годы. Все горожане, знавшие мальчика, умерли, да и убийца, надо полагать, тоже. Однако у Мадонны и Младенца осталась привычка говорить; всякий раз, как какой нибудь бедолага чужак проходил на расстоянии видимости от церкви, они поворачивали каменные головы и говорили: "Это не он". В итоге Олстон приобрел недобрую репутацию, и люди из соседних городов предпочитали туда не ездить".
Эта маленькая "история внутри истории", как exempla внутри проповеди, внятно указывает на основной расклад сил в книге, да и на жанр, если угодно. Как только ни пытались определить жанр романа "Джонатан Стрендж и мистер Норрелл" - и фантастика, и "викторианская фэнтези", и даже "роман "Мастер и Маргарита", если бы его написал Диккенс". Но по своей изначальной сути это - "пример", с его наивной достоверностью и бытовым взаимопроникновением миров, но и со всеми отступлениями, изящно указанными на первых же страницах книги: действие занимает значительное время ("прошли годы"), а для того, чтобы возник стык двух миров, необходим волшебник. Мораль же совершенно не ясна, да и неизвестно, нужна ли.
Сюзана Кларк родилась в 1959 году в Ноттингеме (Великобритания) в семье священника методистской церкви. Ее детские годы прошли в странствиях по северу Англии и Шотландии. Стоит ли удивляться тому, что практически все действие романа происходит зимой, а один из персонажей, попав в Шотландию, уверен, что оказался в стране эльфов, хотя ему кажется, что "пейзаж создан нарочно, чтобы наводить тоску".
После учебы и восьми лет работы в издательском деле Кларк несколько лет живет и работает в Италии и Испании, а затем, в 1992 году, возвращается в Англию и в течение последующих десяти лет редактирует кулинарные книги - и пишет свою большую книгу рецептов магии. В 1993 она посещает занятия авторского мастерства Колина Гринленда и Джоффа Римана. Выбор пал именно на Гринленда, потому что он лично знаком с одним из любимых писателей Кларк, Нилом Гейманом. Один из рассказов Кларк ("The Ladies of Grace Adieu") Гринленд посылает ее кумиру Гейману. В итоге рассказ появляется в антологии "Звездный свет" (1996 год).
За последующие восемь лет Сюзанна Кларк опубликовала всего несколько рассказов. Но в 2004 году в издательстве Bloomsbury выходит ее первый роман, книга гигантского объема, почти 900 страниц - и производит невероятный эффект. Он тотчас же удостаивается двух престижных премий - Hugo и Locus, - а также нескольких наград рангом ниже. Нил Гейман называет книгу "лучшим английским фантастическим романом за последние семьдесят лет".
В чем же секрет?
Роман написан как стилизация прозы XIX века, вплоть до орфографии, но эта стилизация столь же лукава, как и все "подлинные" ссылки на "подлинные" книги и события, описанные в пространных комментариях. Пафос и чопорность викторианского романа заменена мягким юмором, а необходимое нравоучение читатель может извлекать самостоятельно, какое пожелает. Один из лучших диалогов романа прекрасно это иллюстрирует: "- Может ли волшебник убить человека с помощью магии? - спросил лорд Веллингтон у Стренджа. Стрендж нахмурился. Казалось, вопрос ему не понравился. - Полагаю, волшебник может, - допустил он, - но джентльмен не станет".
Повествование разворачивается крайне неспешно; предсказание, исполнить которое и предназначено двум волшебникам, появляется только в тринадцатой главе, а второй заглавный герой книги - в четырнадцатой. Сюжет книги охватывает десять лет эпохи Регентства, с 1806-го по 1817-й, за которые Европа успевает пережить Наполеоновские войны, не раз описанные в истории, а Англия - возвращение Короля-Ворона и Славное Возрождение Английской Магии, события, несомненно имевшие место, но почему-то ни разу не упомянутые историками. А осуществляется все это с помощью всего лишь двух волшебников и одной книги - и война, и Возрождение. Согласитесь, им пришлось потрудиться.
"Мне казалось, что магия становится реальной, если показать ее слегка прозаичной, слегка тяжелой и разочаровывающей - далеко не столь привлекательной, как воображают другие персонажи. Как говорит один из героев "Стрендже и Норрелле": "Магия! Не говорите мне о магии! Она, точно так же, как и все остальное, полна неудач и разочарований". Это очень значимое заявление", - говорит сама писательница в одном из интервью.
"Джонатан Стрендж и мистер Норрелл" - это роман о повседневном труде волшебника, о рутине этой профессии, о пыльных книгах, неудачах и постоянной нехватке материала, многое приходится придумывать на ходу, перемешивая заклинания, как ингридиенты некоего блюда: что будет, если тушить не час, а два, а вместо кориандра добавить мускат? "Веллингтон не любил выслушивать объяснения, почему то или это невозможно. Он постоянно требовал невозможного от саперов, генералов и офицеров, поэтому не видел оснований делать исключение для волшебника. "Придумайте что нибудь!" - говорил обычно его светлость, когда Стрендж начинал объяснять, что такое то заклинание не применялось с 1302 года, а другое полностью утрачено, если вообще существовало... Стренджу приходилось изобретать заклинания самому, исходя из общих принципов или опираясь на полузабытые истории из старинных книг." И все же для настоящего волшебства в этих рецептах чего-то не хватает.
"- Со мной говорило небо! Все обращалось ко мне!.. Небо говорило со мной! - повторил Чилдермас… Он хотел сказать, что если виденное им реально, то вся магия Стренджа и Норрелла - детская забава. Истинная магия куда серьезнее, опаснее и неожиданнее, чем они думают. Стрендж и Норрелл играют в дартс, кидая в мишень легкие дротики с бумажным опереньем, истинная же магия парит на мощных крыльях в бескрайнем небе".
И когда выясняется, что необходимый ингридиент не что-нибудь, а безумие и контроль над ним, - волшебники, не раздумывая, один за другим добавляют его в свою кухню, потому что только так, пройдя инициацию, подмастерье становится мастером. И тогда через них говорит небо, "весь мир постоянно колдует", а магия парит на мощных крыльях, крыльях черного ворона, герба и символа Джона Аскгласса, Безымянного Раба, Короля-Ворона.
Король-Ворон - самый загадочный и, несомненно, самый впечатляющий персонаж книги. Лучшая мистификация из всех, настолько подкрепленная легендами, народными преданиями и документальными свидетельствами, что просто не может вызывать сомнения. Это человеческий ребенок, воспитанный эльфами и перенявший их магию. В начале XII века он с армией эльфов захватил север Англии и правил там в течение трехсот лет, положив начало английской магии и волшебству. Жители этих земель и в XIX веке считают себя его подданными, видят в черном вороне на белом фоне добрый знак и уповают на возвращение короля.
Такова легенда, она "общеизвестна". И все же, у Короля-Ворона, который сам себя называет "безымянный раб", есть по крайней мере один литературный прототип. В рассказе "Холодное Железо" Киплинга Пак с Меловых холмов рассказывает о мальчике, которого взяли на воспитание эльфы из Полых холмов. Мальчик, уходя к людям, берет судьбу, которую ему выковал Тор - ошейник раба. Он будет всю свою жизнь служить людям. После нахождения жребия Тора судьба его совершенно неизвестна, но понятно, что все события произошли довольно давно. Изящество этого хода заключается еще и в том, что рассказ Киплинга написан почти через сто лет после предполагаемых событий романа. Таких построений и отсылок в книге множество: Джонатан Стрендж изображен на одном из "капричос" Гойи, лорд Байрон расспрашивает его о вампирах, а некоторые реки и города Испании обязаны своим географическим положением волшебнику, который передвигал их для удобства войск, да так и не вернул на место, и так далее.
И несколько слов о переводе (М.Клеветенко и А.Коноплев). Его можно назвать "добротным", тщательно выверены все топонимы, имена и события. К сожалению, почти ничего не осталось от стиля и духа Джейн Остин, которыми букально, вплоть до орфографии, пронизан весь роман - Сюзанна Кларк большая поклонница этой писательницы. Многое опущено, иногда целые предложения; сильно смягчена чопорность и вежливая язвительность, особенно в диалогах. И в то же время многое передано хорошо и верно, книга читается легко, в один присест.
В настоящее время Сюзанна Кларк живет в Кембридже и работет над новой книгой, события в которой разворачиваются в том же самом мире, через несколько лет после завершения истории Джонатана Стренджа и мистера Норрелла. Писательница обещает уделить больше внимания Джону Аскглассу, Королю-Ворону, и тому, как в Англии развивается возвращенная магия.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2007-08-31 01:19 pm (UTC)