эти дни

[a_str]

В параллель со всяческими делами разбираю архивы. Большущую стопку рукописных тетрадей - дневники, записи то моей рукой, то тигриной, куски большой сказки - ровным почерком на отдельных листках в клеточку, одиннадцатого формата. Так было удобнее всего - если какая-то сцена менялась со временем, листки с нею можно было изъять и переписать. Целая стопка этих листков была у меня, хранилась в папках из белой мелованой бумаги. Потом, загоняемое в компьютер, все это легло в папку White , и если я когда-нибудь допишу  этот  многотомный  труд,  он будет называться Белая книга, и никак иначе.

(Кстати вот, Резонер недавно спрашивал - а какая книга у вас самая, основоположившая, больше всего повлиявшая? Вот эта самая. Я (мы) пишу ее почти тридцать лет; ради того, чтобы увидеть персонажей не только внутренним зрением,  я в свое время  научился  рисовать,  и  все мои упражнения в словесности - только ради того, чтобы записать все как можно более внятно. До сих пор результат в буковках меня не слишком устраивает, слово дается труднее, чем рисунок. Но если есть текст, из которого в прямом смысле слова сложена моя жизнь, то это - он.)

Так вот, большая часть этих записей полетела в мусорное ведро - что-то не  годится  уже решительно  никуда,  что-то уже  перенесено в цифру. Но небольшая стопка выгоревших от времени листков все же осталась. Это тоже не годится никуда, это никогда не войдет в окончательный текст, но эти листки -
полны такой невыносимой нежности, так подростково-беззащитны, что у меня не поднимается рука выкинуть их и забыть. У этих текстов голые мосластые коленки и оцарапанные локти, если выпустить их из дома, они помчатся на море или гонять мяч. Мы говорили тогда о любви, как умели, хотя не умели о ней вовсе, поэтому говорили о слезах, о бессилии, о смертельных ранах, на которые непременно найдется  чудесный лекарь и все останутся живы. 
Я уже давно не с ними и не в них, они давно уже совсем отдельно, но чувство острой нежности встает ровно на то место, где когда-то было чувство острой боли, когда я смотрю на эти старательные строчки. Убогие, невнятные, беспомощные и трогательные.
К чему я все это.
Вот с Питером у меня теперь точно так же.
 

Comments

[yettergjart.livejournal.com]

Именно: рукописи - они слишком живые. Вообще, их страшно выбрасывать.

Интересно, какой будет Ваша Белая книга (ни слова не зная, о чём, чувствую, что это о чём-то очень существенном).

И - Ваша правда: с городами именно так. Я очень издавна чувствую Москву как собственную пухлую, растрёпанную записную книжку со страницами, вываливающимися от ветхости и избытка.

[a-str.livejournal.com]

боюсь, что будет она по-прежнему о любви и бессмертии :)
мне кажется, у любого автора есть только одна тема, другое дело - можно очень долго не признаваться себе, что пишешь именно ее.

[chingizid.livejournal.com]

ну надо же, а.
и к старым рукописям, и к бывшим моим городам у меня всегда было требовательное: а понравься-ка мне теперь.
получилось - хорошо, нет - в мусор. рукописи навсегда, города - до следующей встречи, потому что они, в отличие от рукописей, живут и меняются.
такой, в общем, младенческий эгоизм. младенцу несвойственна нежность, все, что угодно, только не нежность. я, похоже, знаю, что она такое, только благодаря эмпатии, то есть, знаю, что такое чужая нежность, получается :)

[a-str.livejournal.com]

ну, тут же такое дело - это не столько она (рукопись) тебе должна понравиться, сколько тот ты, кто ее когда-то написал.
с другими-то городами - у меня иначе, но я вот смотрю на этого подростка, бившегося о питер и вообще обо все, что на него валилось, но о питер больше всего - и просто местами прям горд за него. во-первых, я жив. во-вторых, я жив хорошо. когда доходишь наконец до такого "я - жив, и жив хорошо" - понимаешь, что шансов практически не было, а ведь - выдержал. вот на эти самые листки опираясь. и как бы ни были они корявы (а они корявы) - в них огромная сила. при том что как текст это мне сейчас неприемлемо совершенно. ну так я тут перечитывал 5 имен - три. ну, четыре. остальное - источник нежности :)
словом, мы охуенные :))

[roks-i.livejournal.com]

Александр, вот мы не знакомы, но давно Вас читаю! :)
и некоторые посты, а этот особенно - так в точку, что у меня внутри какая-то невыносимая нежность от Ваших букв :) это какое-то очень точное совпадение с моими мыслями..
просто хотелось сказать.. спасибо, что пишете!

[a-str.livejournal.com]

я постараюсь не переставать.

[yati.livejournal.com]

Я сейчас глупость скажу, но скажу*)
Вы мне снились прошлой ночью. Похожи были отдаленно, но я точно знала - Вы.
Один раз меняли облик, но в какой то момент были седы. С короткими темными волосами и с длинными, собранными в хвост - седыми.
Надеюсь, у Вас всё хорошо.

[a-str.livejournal.com]

я тоже надеюсь, что у нас все хорошо :)
у обоих ипостасей :)

оффтоп

[nicael.livejournal.com]

Во-первых, в воскресенье в 14.00 у Петропавловки будет День Фехтовальщика. Не то что я тебя настоятельно приглашаю, поскольку вроде бы ты подобными зрелищами не очень, хм, наслаждаешься, но в известность ставлю. Вдруг ты как раз не будешь знать, куда тебе пойти гулять. ;)
А во-вторых, есть ли у тебя важные планы на ближайший вторник (25.05), в смысле нельзя ли тебя каким-то образом увидеть?

Re: оффтоп

[a-str.livejournal.com]

воскресенье - вряд ли, а вечер вторника - да, пожалуй. вполне :)
там у меня где-то был мой телефон записан, ты видела?

Re: оффтоп

[nicael.livejournal.com]

Да, я видела. Отфехтуем и позвоним вечерком. ;) Мы вообще-то в отпуске, но в среду уезжаем из города на несколько дней, и я забеспокоилась, что мы можем разминуться. А это было бы очень печально.
В прошлом году в Ботаническом саду было здорово. Может быть повторим?