a_str | день города

Ну что, он удался.
Красные жирафы особенно смотрелись из окон Эрмитажа. Особенно из жилых залов. Дивное было зрелище. Как всегда, не хватало туалетов и как всегда, невозможно было зайти в метро (понесло же кое-кого в Дом книги, знал ведь, куда шел).
Но, кажется, это было единственное "как всегда". Все остальное было - как никогда просто. Конфетти, тучей летящие над Дворцовой вперемешку с мыльными пузырями, жирафы эти бесконечно прекрасные, лиловые коровы "Милки" в Сашкиномсадике, флажки трех видов: государственный, города и Джека Воробья. Я не шучу, у всех оделяющих флажками в кулаке непременно торчал очень узнаваемый черный стяг с черепом в красной косынке. Я чуть не купил, теперь жалею, что не.
Было очень много хорошей музыки, очень много танцующих людей, очень мало мусора и совсем не было пьяных. Хо-ро-шо было.

Только мне теперь точно придется менять гражданство. Дабы соответствовать. Потому что в Эрмитаж теперь надо ходить с паспортом. Где проставлено российское гражданство. Не то пойдешь как богатый европеец - по билету за четыреста рублей. Каковым я и пошел. Я. Который знает эти залы лучше иных нынешних сотрудников. Тот самый я, который влетал в школьный отдел с вопросом "где группа Климчицкой?", получал ответ "в Нидерландах" и мчался кратчайшим путем через гобеленовую галерею и Павильонный зал в Нидерланды. Который играл на флейте в музыкальном салоне - просто чтобы послушать акустику. Который сидел с акварелью в готической библиотеке, осваивая блики света на красном дереве. Которому одна из зальных бабушек честно призналась, что подозревала в фарце, "потому что нормальные люди так часто в Эрмитаж не ходят".
Помнится, Ольга, одноклассница моя, рассказывала - идет она в школьный отдел, хвать, пропуск забыла. А охранником какой-то молодой мальчик, недавний совсем. Не пущу, говорит. Я, говорит, вас не знаю. Ольга буркнула что-то вроде "я вас тоже впервые вижу" и уже изготовилась дожидаться коллег, как за спиной возник Пиотровский-младший, тогда еще зав.отделом археологии. Что это вы здесь стоите, Оля, говорит он, у которого Ольга не одно лето в раскопе просидела, мы там все шустрые были, в двадцать седьмой-то. Да вот, говорит Ольга, не пускают. Пиотровский сделал лицо и строго сказал: как вы смеете не пропускать старейших сотрудников Эрмитажа! Посмеялись, конечно. Старейшему сотруднику лет четырнадцать, что ли, тогда было.
В общем, смешно очень, да.
Зато еще сегодня (ну, чтобы не на печальной ноте): хватал грифона за клык, а то непорядок; болтал ногами на деревянной пристани, пока ее мотало по волнам от катеров; нарисовал в Зуме то ли драконотигра, то ли тигродракона, рыжего, полосатого, зубастого, с синей гривкой и длиннющим хвостом. Дракону пообещали придумать имя и поселить поблизости от бара, чтобы время от времени скармливать ему кофе. Отличный был день, хоть и с ливнем под конец.

Crossposted to LJ, itemid = 1679, secur

ity = public, mask = 0.