на бегу

[a_str]

У всей этой свистопляски с разъездами есть одна очень, очень хорошая сторона.
Поднимаешь голову от стола - а для меня, судя по всему, точкой опоры служит именно рабочее место, - оглядываешься, и действительно не понимаешь, как ты сюда попал. Не то что не помнишь, а не понимаешь.
Понятие "дом" изничтожается на лету. Его просто-напросто сдувает ветром.
Есть дом, в котором живут наши коты.
Есть дом, в котором я жил еще день назад.
Есть дом, в котором мы будем жить месяц спустя.
И все это разные дома.

Что же касается того дома, который the One и которого, разумеется, здесь нет.
Все равно я хочу видеть его, слышать его, говорить о нем, делать в себя и делать из себя - одновременно и разом.
Раньше это был способ быть поблизости от него, все равно невозможно, но хоть так. Теперь это не способ, а потребность, абсолютно неутолимый голод, источник всех мук, но я все равно не хочу ничего другого. Так что, в общем, какая разница, "вообрази, что он поет от счастья, и так и будет петь, пока не сдохнет".

У меня нет потребности держать поблизости от дома кого-то еще, то есть вот брать за пуговицу и рассказывать, рассказывать бесконечно. Это, видимо, совсем ушло.
Но (Море-океан прочитан, да) - если уж ты видел Тимбукту, у которого нет стен, потому что город настолько невыносимо прекрасен, что любой враг выронит оружие, то какого черта ты думаешь только о том, что есть кто-то, кто виноват во всех твоих муках и кого непременно нужно убить насмерть, причем так, как он убил тебя.
Глупо слоняться по берегу моря в поисках человеческой жизни.
По берегу моря имеет смысл слоняться только просто так.
Так что, наверное, у моих рассказов о Тимбукту совсем-совсем нет адресата. Кроме меня самого.