отчасти вопрос
Mar. 6th, 2007 09:39 pmэто удивительно, но, кажется, так и есть:
загубленный ребенок есть загубленный талант.
при этом талант несомненный, часто яркий, почти фонтанирующий своей неиссякаемой язвой.
ее ничем не унять, она болит хуже зуба с пульпитом, она заставляет двигаться и говорить - когда напрямую, когда обиняками - о том, как это больно, жить с такой язвой: загубленный ребенок.
способы могут быть самые разные, от эгоизма и истеричности родителей до их ранней смерти (и я не дам голову на отсечение за то, что одно переживается легче другого). так или иначе, жизнь идет ребеночья - с криками по ночам, со страшными снами, с неуверенностью ни в себе, ни в окружающем мире, причем неуверенностью внутренней, а не внешней (я видел людей со стержнем внутри толщиной в руку, и они смеялись и говорили, что ни в чем не уверены ни относительно себя, ни относительно окружающей реальности).
поиск семьи, поиск роли (часто - навыворот тому, что уже есть, назло-поперек).
все это дает котел немыслимой силы.
и в то же время - ограничивает. там, где нужно говорить - кричишь и хнычешь. там, где нужно погасить свет и сказать "спокойной ночи" - требуешь ночник и чтобы сидели рядом, пока не уснешь. все, что выходит из-под рук - имеет печать тайной язвы, ущербно, самоповторно.
и явный талант, такой искрящийся, такой бьющий без промаха по основному челвоеческому инстинкту - слабые детки - внезапно начинает захлебываться сам в себе, кружить, как старый мул у мельничного колеса - и в конце концов гибнет, если только носителю не случится, как Обри, умереть раньше, чем потребуется выйти на новый круг. хотя у него в качестве загубы была болезнь, этот зверь из других краев.
и каким-то образом надро прекращать быть загубленным ребенком, если хочешь идти куда-то, а не топтаться и ныть.
очень слабые легкие потому что у этих оранжерейных цветов - множество ограничений необходимо для их существования, множество условий, множество тех, кто возьмется эти условия обеспечивать.
а чтобы добежать до моря, нужно быть выносливой черепашкой.
апдейт: мне подсказали: в состоянии жалости к себе немедленно теряешь глубину восприятия.
поэтому в то, что делаешь надо вкладывать максимальную силу, потому что мелко оно, однодневно. но и сила эта - комариный писк на максимальной громкости. нет глубины, даже если в десятую степень возвести, плоское.
загубленный ребенок есть загубленный талант.
при этом талант несомненный, часто яркий, почти фонтанирующий своей неиссякаемой язвой.
ее ничем не унять, она болит хуже зуба с пульпитом, она заставляет двигаться и говорить - когда напрямую, когда обиняками - о том, как это больно, жить с такой язвой: загубленный ребенок.
способы могут быть самые разные, от эгоизма и истеричности родителей до их ранней смерти (и я не дам голову на отсечение за то, что одно переживается легче другого). так или иначе, жизнь идет ребеночья - с криками по ночам, со страшными снами, с неуверенностью ни в себе, ни в окружающем мире, причем неуверенностью внутренней, а не внешней (я видел людей со стержнем внутри толщиной в руку, и они смеялись и говорили, что ни в чем не уверены ни относительно себя, ни относительно окружающей реальности).
поиск семьи, поиск роли (часто - навыворот тому, что уже есть, назло-поперек).
все это дает котел немыслимой силы.
и в то же время - ограничивает. там, где нужно говорить - кричишь и хнычешь. там, где нужно погасить свет и сказать "спокойной ночи" - требуешь ночник и чтобы сидели рядом, пока не уснешь. все, что выходит из-под рук - имеет печать тайной язвы, ущербно, самоповторно.
и явный талант, такой искрящийся, такой бьющий без промаха по основному челвоеческому инстинкту - слабые детки - внезапно начинает захлебываться сам в себе, кружить, как старый мул у мельничного колеса - и в конце концов гибнет, если только носителю не случится, как Обри, умереть раньше, чем потребуется выйти на новый круг. хотя у него в качестве загубы была болезнь, этот зверь из других краев.
и каким-то образом надро прекращать быть загубленным ребенком, если хочешь идти куда-то, а не топтаться и ныть.
очень слабые легкие потому что у этих оранжерейных цветов - множество ограничений необходимо для их существования, множество условий, множество тех, кто возьмется эти условия обеспечивать.
а чтобы добежать до моря, нужно быть выносливой черепашкой.
апдейт: мне подсказали: в состоянии жалости к себе немедленно теряешь глубину восприятия.
поэтому в то, что делаешь надо вкладывать максимальную силу, потому что мелко оно, однодневно. но и сила эта - комариный писк на максимальной громкости. нет глубины, даже если в десятую степень возвести, плоское.
no subject
Date: 2007-03-07 08:26 am (UTC)а с тем, что первично - биохимия или духовная жизнь - я боюсь, разбираться и разбираться еще, хуже яйца и курицы. как человек, который свою биохимию постоянно корректирует (вынужденно, конечно же), я могу сказать, что выжил в свое время только на внешнем стержне, но он был не мой и не родительский, к сожалению. но его достало, чтобы дать мне идею вообще пойти разбираться с биохимией, так что в конце концов стало полегче.
no subject
Date: 2007-03-09 09:31 pm (UTC)Вопрос о первичном - дело вкуса, наверное. Я выбрала матерьялизм из чисто душевных потребностей.:)
Когда мне, восемнадцатилетней, сказали, что депрессия - это болезнь, как-то сразу стало легче жить. Однако и двадцать лет спустя всякий раз радостно констатирую, что это не я такая плохая (медленная, забывчивая, унылая, депрессивная - далее по списку), а типа организм подводит - ну так мы его сейчас подшаманим и дальше поползем.
По теме поста не могу молчать.:) В моем случае акценты были расставлены иначе. Со мной в детстве носились куда больше, чем оно того стоило. Из чего были некоторые следствия. Во-первых, счета "за одаренность" мне выставляли с завидной регулярностью, а когда подросла - так и с особой жестокостью. Понятно, что крыть было нечем, ибо вся эта "одаренность" существовала в родительском воображении. А я - в реальности - должна была соответствовать. Ну и, плюсом, меня обязывали учиться-учиться и ни в коем случае не любить и быть любимой (типа "кто на тебе такой женится?!").
Второе неприятное следствие оказалось незамысловатым, но непреодолимым. Меня просто ничему не могли научить. Прививая любовь, допустим, к литературе, забыли дать почитать книжки. Оттого я по сей день существую вне какой-либо среды: запросы высоки, возможности скудны. Лучшая часть жизни прожита впустую. Ну да и хрен с ней.
А что до силы духа, я восхищена не менее этой прекрасной женщиной. Воодушевляет, еще как.
no subject
Date: 2007-03-10 04:09 pm (UTC)и с тех пор я решил, что тот, кто мне это сказал, достоин веры решительно во всем.
и все остальные навязывающие что-либо пошли немедленно лесом.
но это был не родитель. и вообще не человек.
no subject
Date: 2007-03-11 09:29 pm (UTC)Увы, не могу сказать о себе того же.:)
Но лесом тоже идти не хочется... У Вас тут хорошо. Спасибо.