заходясь хохотом
Jun. 23rd, 2004 05:56 pmвот к этому
а ведь году эдак в 1991, что ли, когда я не имел ни дома, ни родных, а все мои книги и вещи помещались в один тридцатилитровый рюкзак, я с пеной у рта доказывал Тикки, что мои бархат и серебро ничуть не меньше важны, чем ее хлеб.
что после того, как она накормит своим хлебом, понадобятся мои бархат и серебро. поссорились, кстати.
но, господа мои - именно в такой последовательности. сначала - хлеб, а потом не хлебом единым.
но если этой последовательнсоти нет, а есть крик либо о том, либо о другом - мне не о чем говорить в этом крике.
как, впрочем, и в любом крике за идею.
а ведь году эдак в 1991, что ли, когда я не имел ни дома, ни родных, а все мои книги и вещи помещались в один тридцатилитровый рюкзак, я с пеной у рта доказывал Тикки, что мои бархат и серебро ничуть не меньше важны, чем ее хлеб.
что после того, как она накормит своим хлебом, понадобятся мои бархат и серебро. поссорились, кстати.
но, господа мои - именно в такой последовательности. сначала - хлеб, а потом не хлебом единым.
но если этой последовательнсоти нет, а есть крик либо о том, либо о другом - мне не о чем говорить в этом крике.
как, впрочем, и в любом крике за идею.
no subject
Date: 2004-06-23 08:08 am (UTC)no subject
Date: 2004-06-23 08:44 am (UTC)любая из созданных нами вещей - как расклад колоды Таро - срез нашего состояния на данный момент, момент деланья-говорения. не более того.
а вот путь, которым идешь и оставляешь меты (вещи, тексты) - вот он действительно поворачивает головы.
я понятия не имею, чем закончится путь автора текста. но если это мета на пути - он меня не заинтересовал. этот текст - полуправда. самая худшая из возможной лжи. а если это даже не мета на пути - тем более.
только я не буду обсуждать, почему это полуправда, ладно?
no subject
Date: 2004-06-24 12:08 am (UTC)"Ничего не пью, кроме чаю,
Но хожу по гостям. Соболезную
Разным дамам, которых встречаю,
Пням, коллегам, курящим над бездною.
Мало тайн у ракет и у домен,
Можно видеть сквозь гору и за море.
Человек непомерно огромен,
А глазок в него - меньше, чем в камере.
И как всякий художник скверный
Расшибаюсь увиденным в доску я:
Человек такой многомерный,
А бумага - такая плоская!"
(с) Борис Беркович, 1984 г.
(Это мой первый муж, отец Анарис и Женьки).